Леонид Гроервейдл●●Кое-что о наших соседях●Часть 6

Материал из ЕЖЕВИКА-Публикаций - pubs.EJWiki.org - Вики-системы компетентных публикаций по еврейским и израильским темам
Перейти к: навигация, поиск

Книга: Кое-что о наших соседях
Характер материала: Эссе
Автор: Гроервейдл, Леонид
Дата создания: 18/11/2011. 
Часть 6

Содержание

Арабы в Хайфе

Старая Хайфа. Фото с сайта panoramio.com. Автор CarmelH

В 1994 году я работал в Хайфе, поблизости от порта. Район старый, население большей частью арабское. В здании, где сидела фирма, на первом этаже была небольшая лавочка, где хозяйничала симпатичная пожилая арабка и её дочери. Там были лепёшки с жареным луком – до сих пор облизываюсь, когда вспоминаю.

В первые дни работы – в середине января – я увидел в одном из окон напротив наряженную ёлочку. К какой церкви принадлежали хозяева той квартиры? Праздновали явно Рождество по юлианскому календарю. Местные арабы – ортодоксы принадлежат к греческой церкви, перешедшей на грегорианский календарь. Не говоря уж о католиках, греко-католиках и т.д. Может, там жили армяне?

Из окна комнаты, где я сидел, был виден двор-колодец. Тот, кто приезжал на работу рано, успевал там запарковаться. И бывал сам не рад, поскольку прибывшие позже парковались в узком выезде из двора. Мне было хорошо – я ехал на общественном транспорте. Если на автобусе – сходил на припортовом проспекте Независимости и шёл поперечными переулками мимо старых каменных домов постройки начала двадцатого века. Среди них выделялось красивое здание полиции – районное отделение. Место вообще-то неспокойное. Рядом порт, а значит – контрабанда, наркота, горизонтальный промысел и прочее, с этим связанное.

Проспект Сионизма («а-Ционут»), спускающийся к Адару мимо усыпальницы Баба.

Если ехал на маршрутке – то она высаживала меня наверху, чуть не доезжая до центрального района Хайфы – Адара. Тогда надо было спускаться по склону, по крутым переулкам, переходящим в лестницы. Мимо торговых кварталов сплошь из арабских лавочек и контор, мимо арабской школы.

В Хайфе я практически не видел вывесок на арабском языке. Иврит и английский. Кто хозяин – видно по фамилии владельца и по нему самому.

Домой надо было отправляться с площади Парижа, в двух кварталах от работы. Этот квартал можно было пройти по одной из трёх улиц. Нижние были застроены арабскими многоквартирными домами старой постройки, примерно начала двадцатого века.

Нижняя Хайфа, около площади Парижа, 1995 год. Фото Л.Гроервейдла

Верхняя – проспект Защитников – домами постройки двадцатых годов. Всё было довольно грязное и запущенное. В арабских домах от трети до двух третей квартир были нежилыми. Сквозь окна и балконные двери были видны пустые комнаты. Многие окна были заложены кирпичами.

Самый нижний вариант прохода вёл через нижний рынок – слегка дороговатый, но при случае можно было там найти фрукты-овощи по приемлемой цене. Остановка автобусов и маршрутных такси 332 маршрута находилась на краю здоровенного пустыря. Сзади – то есть сверху – на расстоянии метров трёхсот – стояли старые обшарпанные многоэтажные дома. Сбоку – переулок с такими же домами. Впереди – со стороны моря – вечно закрытая большая церковь, стиснутая между домами, и переулок, ведущий на проспект Независимости.

Фалафель

Фалафель в пите

В переулке, ведущем наверх, был киоск, где два араба торговали фалафелем. Кто не знает, что это такое, тому объяснять бесполезно. Пусть приедет в Израиль и попробует. Только надо, чтобы это было хорошо приготовлено. Один из вариантов, который я могу посоветовать – заведение в Хайфе, в переулке, ведущем с площади Парижа на проспект Независимости. Вкуснее, чем там – я не знаю, где.

Я вываливался с работы в восьмом часу вечера, когда автобусы ходят редко, а таксисты ждут наполнения коробочки. Стоять голодным было противно. Заведение двух чудаков я помнил ещё с 1991 года, когда оно сидело в киоске непосредственно на остановке. Они всегда держали цену на полшекеля ниже, чем все остальные в городе. Когда у всех было 3 шекеля за порцию, у этих 2.50. Обосновавшись в капитальном доме, они вывесили табличку с названием своего заведения: «Мизлала». Весело и сердито. Почти копируют слово «михлала» («колледж»), но значит это вовсе «жральня». Целый год я спасался у них от голодухи, пока они не перебрались на центральную улицу Герцля.

Вот тут-то и возник вопрос: как дожить вечером до автобуса, не озверев от голода. И я пошёл вниз, на запах. На углу торчал прилавок какого-то деятеля, который издали заорал мне: «Покупай еврейское!». Я посмотрел на его товар, на его рожу и неполиткорректно подумал: «Шёл бы ты с этим в свой Марракеш!». А дальше по переулку в чистеньком помещении сидели два мужика и старик – видимо, их отец – и жарили фалафель ярко-зелёного цвета. С большим количеством травок. Цена была среднехайфская – 4 шекеля. Ассортимент бесплатных добавок был очень мал. Но запах… В общем, см. выше.

Только не надо увлекаться этой едой. Я на этом набрал та-а-а-кие килограммы!!!

Площадь Парижа. Фото с Викисклада, автор Hanay

Старая Хайфа

Пустырь у площади Парижа когда-то был старой Хайфой. Дома семнадцатого – восемнадцатого века. Там мог бы быть туристический район почище старого Яфо.

После Войны за независимость там было довольно противно из-за высокого уровня преступности и нездорового политического брожения. И власти решили снести к чертям эти старые трущобы, расселить жителей по приличным домам и застроить место чем-нибудь современным.

Хайфская Итальянская больница

Снесли, идиоты. Не тронули маленькую мечеть, в которую стало некому ходить. А на застройку, само собой, денег не оказалось. Проели. В домах вокруг остались в основном те, у кого не было денег перебраться в место получше. То есть люди бедные и часто вредные. Но обстановка в целом улучшилась, поскольку исчез лабиринт кривых переулочков и те, кто в них шуровали.

Именно в Хайфе из-за этой обстановки зародилась в семидесятые годы организация «Гражданская охрана» - добровольные народные дружины в помощь полиции.

Вообще старые районы Хайфы в 1990-е годы выглядели препогано. Дома разваливались, стояли чёрные от вековой копоти и грязи.

Совсем по-другому выглядели арабские кварталы на противоположенном конце проспекта Защитников – ближе к центральной автостанции и стадиону. Хайфская Итальянская больница и рядом с ней – католическая школа. Красивые, ухоженные дома из серого камня, построенные на рубеже веков. Во дворах этих домов вдруг становились видны другие дома, поменьше. Какая-то волшебная атмосфера.

Понятно, почему в этом месте Александру Грину лезли в голову всякие алые паруса и бегущая по волнам. Тогда, в первые годы двадцатого века, еще не было еврейских кварталов. Первые евреи в Хайфе снимали квартиры в этих домах – подальше от мусульманской касбы и поближе к немецкой колонии.

Здание суда по трудовым спорам в Хайфе

Дорога на базар

Раз в неделю, по четвергам, я шёл после работы на центральный хайфский рынок Тальпиот. Поднимался теми же улицами, которыми спускался с маршрутки, и входил в базар с дальнего конца. Этот базар – как перекрёсток миров. Главный вход – с улицы Первопроходцев (hе-Халуц) – серо-бетонной, в стиле «баухауз» - логова учреждений Ѓистадрута и респектабельных магазинов. А уже на территории базара (на нижних его улицах) стояли развалившиеся дома без крыш. А те, в которых ещё жили – над торговыми рядами – вид имели скверный.

Развалюхи принадлежали беженцам 1948 года, которых не удалось найти за границей и купить у них дома. По закону, надо было ждать 50 лет, чтобы объявить собственность брошенной и что-то с ней сделать.

Минарет на улице Кибуц Галуйот, 1. Фото с сайта газеты "Едиот Хейфа"

Под рынком начинался Нижний Адар, район небогатых людей. Смешанный, еврейско-арабский с перспективой стать полностью арабским. Поскольку молодые евреи там не селились, а старики постепенно уходили. По этому месту я шёл с базара с рюкзаком и наплечной сумкой вниз по лестницам на улицу Собирания рассеянных (Кибуц галуйот), к остановке автобуса. У одного старого дома с каким-то питейным заведением в первом этаже надо было пройти через площадку между двумя лестницами вниз. Спускаясь к нему по верхней лестнице, я каждый раз видел через открытое окно лестничную клетку внутри дома – прямо пред собой.

Через два года, когда я уже не работал там и не ходил тем маршрутом, из этого окна арабский террорист застрелил спускавшегося по лестнице польского туриста. Принял за еврея.

Крестный ход на Пасху

В один из дней в апреле того же года пришёл начальник и позвал всех в комнату с окнами на сторону улицы. Открыли окна, чтобы лучше видеть и слышать. С улицы доносилось ритмичное бухание. Через пару минут стал виден источник звука: пасхальный крестный ход.

Впереди шли рядом два бородатых попа, по-разному одетых во что-то чудное, раззолоченное. Один был похож на русского православного попа, второй – в какой-то грибовидной шапке и рясе, похожей на одежду католического монаха. Рядом с ними шли подростки в скаутской форме совершенно опереточного вида – с эполетами с бахромой, с галунами и аксельбантами. Двое несли хоругви – по разные стороны от попов. Ещё один в переднем ряду и двое во втором синхронно били колотушками в большие барабаны. Следом шли вперемежку другие скауты и взрослые дядьки.

Мусульманских парадов и арабов в мусульманской одежде я в те годы в Хайфе не видал. Лишь изредка мелькали усатые друзы в характерных остроконечных белых шапочках и их жёны в приталенных длинных платьях и прозрачных платках, которых не спутаешь с арабами-мусульманами.


К оглавлению.