Вышел 1-й том комментария Библейская Динамика на английском

Его можно приобрести здесь https://www.amazon.com/dp/1949900207

Приобретите и подарите своим англоязычным друзьям - это ваша огромная поддержка нашей деятельности!




Михаил Трейстер●●Проблески памяти●Мастера

Материал из ЕЖЕВИКА-Публикаций - pubs.EJWiki.org - Вики-системы компетентных публикаций по еврейским и израильским темам
Перейти к: навигация, поиск

Книга: Проблески памяти
Характер материала: Мемуары
Автор: Трейстер, Михаил
Опубл.: 2003. Копирайт: правообладатель разрешает копировать текст без изменений•  Публикуется с разрешения автора
Мастера

Итак, осенью 41-го меня в колонне привели на базу ремонта обмундирования ВВС Восточного фронта (бывшая фабрика «Октябрь»), завели в сапожный цех и показали мое рабочее место за общим верстаком: низкий стульчик с натянутым брезентовым сиденьем, комплект инструментов, набор гвоздей и, главное, массивную чугунную лапу со сменными насадками. Да, забыл еще про ванночку с водой, как потом выяснилось, для умягчения кожи.

Спрашиваю у соседа слева:

— Что делать?

— Мочи лапу.

— Какую?

— Ту, что побольше.

Чувствую, что это подвох — кругом веселое оживление, но указание выполнил. Положил. Чугунная насадка еле влезла в ванночку — здоровая, зараза. Пришлось долить воды, чтобы покрыть ее целиком. Через полчаса спрашиваю:

— Может, уже хватит?

— Нет, — говорит, — рано еще. Не размокла.

Подходит мастер, местный немец (фольксдойче):

— Что делаешь?

— Вот, мочу лапу. Можно уже вынимать?

Засмеялся и отошел.

Так прошло «боевое крещение» и определилась степень моего «профессионализма».

(Настоящим сапожником я стал, отработав почти два года.)

Теперь о мастерах.

Хочу оговориться. Речь пойдет не об извергах из СС, СД, гестапо. Этих и сегодня, через 65 лет, я бы, не задумываясь, поставил к стенке — без суда и без срока давности. Я — о гражданских немцах, присланных из Германии для организации производства.

Цех работал, как хорошо отлаженный механизм, если не считать воровства, о котором я писал в главе «Деликатная тема». И должен признаться, что хотя нас жестоко эксплуатировали и держали впроголодь, но именно эти люди научили меня работать. Никто из них ни разу меня не ударил и даже не повысил голос. Причем, я перед ними не шестерил.

Одних помню по имени, других — по фамилии. Это — гроссмайстер Розе, мастера Рудольф Кнот, Мюллер, Вилли (только имя), «Памаешь» (кличка — этот местный немец так произносил слово «понимаешь»).

Были ли среди них фашисты?

Были — Розе и Кнот, но их политическая принадлежность никак не сказывалась на отношении к рабочим. Несколько эпизодов.

Однажды Кнот, отпрыск аристократического рода, избежавший фронта из-за небольшой хромоты, участливо спросил:

— Michel, warum bist du Jude geboren? (Миша, отчего ты родился евреем?)

А другой фашист, Розе, поначалу учил меня:

— Schaufer Мesser — halbes Arbeit, Mishel. (Острый нож — половина работы, Миша.)

А когда я научился точить нож острее бритвы и отхватил себе лоскут в полпальца, Розе отвез меня в бывший Дом Правительства, где доктор-немец отрезал висящий лоскут и сделал перевязку, после чего меня на три дня освободили от работы (и, следовательно, от еды).

Впрочем, все это не помешало Розе остановить и вернуть меня, когда я пытался смыться в день отправки всех евреев, прямо с фабрики, в концлагерь СС на ул. Широкой, откуда никто не возвращался. И здесь порядок оказался превыше всего.

Не могу не вспомнить и о добром, суетливом мастере Вилли, больше похожем на бедного местечкового еврея, который едва ли не ежедневно показывал мне фотографию своей фрау и трех пацанов. Так вот, когда каратели из РОА забирали нас на Широкую, он стоял, отвернувшись к стене, и плакал. И такие немцы попадались.